Клуб любителей Макро / Макроистории / П. Корзунович - Тайны дремучих полян / Тайны дремучих полян - 3
Главная
Конкурсы
Выставки
Галерея
Макроистории
Статьи
Макрооптика
Макрошкола
Обзоры
Блоги
Клуб
  Меню
    Новое в Клубе
   Кнопки Клуба
Кнопки нашего клуба, для всех друзей нашего сайта!

    Новое в блогах(RSS)
    Новое в галерее(RSS)
    Новое на форуме(RSS)
    Новое на macroID(RSS)

Тайны дремучих полян - 3

          - И все же ошибки не допустимы, - с жаром парировал Формик, - это энтомологическая безграмотность большинства людей. Вы очень любите смотреть фильмы про львов, тигров, обезьян, и совсем мало обращаете внимания на жителей травяных джунглей. В басне того же Крылова «В кунсткамере», человек, пришедший посмотреть экспонаты, разглядывал букашек. А «слона то он и не приметил!». Реально же вы примечаете «крокодилов, бегемотов, обезьян и кашалотов», а нас совершенно игнорируете. Хотя, одних насекомых описано миллион видов и еще, по разным оценкам, ждут своего описания около трех миллионов видов!!!  А как интересна и загадочна их жизнь! Ты видел рождение стрекозы?  
          - На фотографии видел, как раз перед твоим приходом.  Тоже покажешь?  
          - Покажу, -  сказал мой проводник, - но, чуть позже. Мне еще много что нужно тебе показать.  Сначала посмотрим на битву.  
          - Ну, ладно, не обижайся, Паганель, пошли!  
Формик остановился и с укором посмотрел на меня.  
          - Почему Паганель? Он ведь был секретарем географического общества, а не энтомологом.  Если уж ты хотел меня сопоставить с героем романа Жюля Верна, то надо было назвать меня Бенедиктом. Вот он был энтомологом. Правда из другого романа – «Пятнадцатилетний капитан».  
          - Я вовсе не хотел тебя обидеть, наоборот! Мне лично Паганель очень симпатичен и я хотел выразить этим свое уважение к твоим познаниям! В романах Верна всегда есть такой ученый, который рассказывает читателям об интересных фактах.  
Формик повернулся и зашагал вперед. Я чувствовал, что он аж весь сияет от удовольствия! Постараюсь впредь не обижать его.  
    А путешествие наше продолжалось. Очень трудно было поспевать за муравьем. Ему хорошо и привычно бежать по своим тропам. А каково мне! Ведь даже самая малая травинка, камушек, превратились для меня в преграду.

Постоянно приходилось преодолевать спуски и подъемы, перелезать через поваленные деревья. Легкое дуновение ветерка в нашем мире, превращалось в сильнейший ветер здесь, в этой стране дремучих трав. Это были настоящие джунгли! Переплетение различных по форме и цвету стволов и лиан, иногда делали продвижение почти невозможным. И если Формик запросто преодолевал их, то мне приходилось туго.  
          - Не спеши, я за тобой не поспеваю!  
          - Если меня увеличить до твоего обычного размера, 
- сказал Формик, сохранив относительную скорость и мою силу, то я буду ходить со скоростью 24 км. в час и таскать на себе груз в 300 кг.!       

          - Ого! - воскликнул я, крутя головой и рассматривая местную флору.
          -  А какое здесь  разнообразие растительности!
          - Еще бы! Ведь одних только колокольчиковых здесь 5 видов:
крапиволистный, персиколистный, широколистный, олений, раскидистый.  

Наконец впереди я увидел огромную, конусообразную гору. К дурманящему запаху цветов добавился незнакомый запах.  
          - Чем это пахнет? – спросил я у Формика.  
          - Муравьиной кислотой.  Кстати, подойди ко мне и посильней потрись о меня.  
          - Это еще зачем?  
          - Ты должен пахнуть также,  как и муравьи. Я спасаю тебе жизнь! Теперь муравьи будут чувствовать запах муравья, свой запах, а не запах потенциальной жертвы, коей ты являешься для них.  Давай найдем местечко, чтобы тебе было все видно.  
Мы забрались на холм и спрятались за один из валунов, которых здесь было огромное количество. Раньше бы я сказал, что это маленькая кучка крупного песка, а теперь…  
          - Смотри! - сказал Формик.

Я увидел, как по тропе рыжие лесные муравьи  несут в свой мегаполис черных садовых муравьев (я уже научился их различать!). Недалеко от муравейника рыжих  муравьев был расположен муравейник черных садовых. И там было настоящее сражение! 

Рыжие лесные - более крупные и сильные муравьи. Им не составляло особого труда схватить мелкого садового и отнести его к себе в качестве добычи. Однако не всегда им сопутствовала удача. Черные садовые применяли интересную тактику…  
Садовый один на один не сдюжит с лесным. Но это если один на один, а если не один? Тактика садовых меня просто поразила. На лесного набрасывались сразу  5-6 чело... (оговорился)   муравьев.  Причем действия их не были хаотичными.  Такое ощущение, что они знали, что делают. Муравьи растянули лесного за ноги и усы таким образом, что он уже не мог воспользоваться своими страшными челюстями и подогнуть брюшко, чтобы брызнуть кислотой…
И эти действия оправдали себя с лихвой.
  Чуть в стороне стоял еще один садовый. Он не принимал участия в нападении и я даже окрестил его «трусом». Ах, как я был не прав! Через некоторое время, когда лесной был полностью обездвижен, этот «трус» запрыгнул ему на спину и впился своими челюстями в шею лесного! Я буквально чувствовал, с какой силой сжимаются на шее лесного челюсти садового! Через 2-3 минуты, те, кто держал лесного, отпустили его, но все уже было кончено… Потрясенный, я стоял на холме и смотрел на поле сражения.  
   - Ну, как?  
   - Потрясающе! Так кто же победил?   

          - «И рыжий о чёрный ударился щит,
             Ни вздоха, ни стона, – война шелестит.
             И чёрное войско, и рыжая рать,
    
        И рыжие чёрных спешат доконать…»  Так писал Николай Ушаков.  Ты же видел, как лесные тащат в муравейник садовых!  
          - Во мужики дают! Настоящие вояки!  
          - Если правильно, то не мужики, а … женщины.  
          - В каком смысле? – удивленно спросил я.  
          - В прямом. Ведь рабочие муравьи- это бесплодные самки муравьев. А мужики , как ты их назвал, занимаются совсем другим делом.  
          - Прямо-таки Амазонки! Подожди, а ты…  

          - Я, как ты понял, не совсем обычный муравей, так что считай, что я мужского рода, так для тебя более привычно. Просто МУРАВЕЙ.  А вот Амазонками называют  других муравьев, рода   Polyergus. Виды этого рода являются облигатными или настоящими рабовладельцами и известны под названием "муравьи - амазонки". Для основания гнезда самка Polyergus вторгается в гнездо вида-хозяина, где убивает их матку и использует её рабочих муравьев для выращивания своего расплода. В дальнейшем Polyergus совершают периодические набеги - рейды на гнезда видов Formica (Serviformica) для сбора там коконов и выращивания из них "рабов". Самостоятельно солдаты Polyergus не могут кормится и погибают в гнездах без рабочих - рабов. Ладно, пошли теперь  в муравейник. Завернем только на наше  пастбище.
          - А у вас что, и коровы имеются? – с некоторой иронией сказал я, - может вы их еще и доите?  
          - Конечно.  
Теперь уже я с недоверием посмотрел на Формика. Наверняка «загибает». Любят у нас ученые так перевернуть какое-нибудь элементарное действие, что у них получается разумное действие у какого-нибудь таракана!  

          - Первое, что тля делает после рождения, это прокалывает острым хоботком стебель или лист растения, высасывает из него сок, а его избыток выделяет через две трубочки, находящиеся внизу на брюшке, в виде капелек, обогащенных сахаром. 

Этот питательный сироп, получивший название «муравьиное молочко», является важной частью муравьиного рациона. Некоторые виды тлей могут ежеминутно выделять по капле сиропа. Среднесуточный «удой», например, липовой тли может достигать до 25 мг молочка. Добыванием этого ценного продукта питания занято от 15 до 20% рабочих особей муравейника. Тли, живущие с муравьями в тесном симбиозе, приспособились выбрызгивать сладкую жидкость прямо в рот муравья, после того как он помассирует ей брюшко усиками. 
Если случается, что расплодившимся тлям становится тесно на старом месте, муравьи бережно переносят их на другие места. 
Но если врагу все же удается разрушить стены, то муравьи-пастухи первым делом подхватывают неповоротливых тлей и прячут их в укромное место. 
За лето только черные муравьи одной колонии численностью около 20 тысяч насекомых собирают до  5 литров сладкого молочка.  Некоторые виды муравьев строят для своих «подшефных» укрытия, обмазывая места скопления тлей землей и склеенной древесной трухой. Внутри таких домиков, входы и выходы из которых находятся под контролем муравьев- охранников, тли защищены от непогоды и от нападения других насекомоядных. Тли, поселяющиеся на корнях деревьев, находятся в еще большей зависимости от муравьев, чем их наземные собратья. Муравьи выполняют за них всю тяжелую работу, прокладывают тоннели к корням, ухаживают за их яйцами, а вылупившуюся молодь «расквартировывают» на корнях незанятых деревьев. 
Забот- полон рот!!! 

 Даже у таких завзятых хищников, как рыжие лесные муравьи, падь тлей составляет 50-60% всей пищи, а у миролюбивого черного садового муравья и вовсе может доходить до 90%. Не удивительно, что муравьи так ухаживают за тлями - без них муравейник просто не сможет выжить.

И ответ другой стороны - "домашние" тли так приспособились к муравьям, что капельку сиропа они выделяют только в ответ на поглаживание муравьиными усиками. Не то что "дикие" тли - те капельку подхватывают задними ногами и резко лягают ими, отбрасывая капельку далеко в сторону. Не лишняя предосторожность - тля в погоне за белковыми веществами, которых в соке растений очень мало, пропускает через себя столько сока, что вполне может в нем утонуть.  
         
- Настоящая ферма!, - сказал я, - и ухаживают за стадом, как настоящие пастухи!  
          - Они и есть настоящие. Хочешь попробовать? Это вкусно!  
          - Фу, ты что? Это же тля!  

          - Интересные вы люди- люди! Почему ты считаешь, что колбаса или салат из кальмаров более приятная и эстетическая пища? – с жаром проговорил муравей.  
          - Ну, наверное тут дело привычки…  
И я решил попробовать «муравьиное молочко». Закрыв глаза и скорчив недовольный вид, я зачерпнул ладонью это «молоко»…  
          - Хм!   А ведь вкусно! Никогда бы не подумал!  
И я начал с наслаждением поедать этот сироп.  

   - Амброзия! Пища богов! – сказал я, - умыться бы надо, а то весь перепачкался этой сладостью!  
   - Амброзия – это смесь нектара с пыльцой цветов. Именно ей питались боги на Олимпе!   - Вот бы попробовать!  
   - В принципе можно, только придется забираться высоко на цветы!
Я посмотрел вверх на раскачивающиеся высоко над головой огромные чаши цветов. Теперь они стали для меня недоступными. Если честно, то я панически боюсь высоты и даже когда смотрю фильмы, в которых происходят сцены на высоте, мне становится не по себе! А уж лезть на такие высоты, нет, увольте!  
  Мне удалось отыскать полусферу чистейшей воды.
  Раньше, я бы сказал, что это капля росы или ночного дождя, которая еще не успела испариться. Она имела упругую поверхность. С удовольствием умывшись и утолив жажду после сладкого сиропа, я подошел к Формику.  
   - Я готов! - растерянно пробормотал я.  
   - Что с тобой?  

        

2005-2009 © Клуб любителей макро-
съёмки и макрофотографии
Работает на системе управления
сайтом CMS Cubesystem
На главную / Карта сайта / Поиск по сайту
/ Полезные ссылки / О МакроКлубе
Монтаж установка кондиционеров в Брянске. & Козырьки из нержавеющей стали.